Episode Transcript
[00:00:00] В главе НАСО повторяется 12 раз одно и то же.
[00:00:06] Когда главы колен приносят свои жертвоприношения, то каждый из них приносит одно и то же жертвоприношение.
[00:00:14] И можно было бы написать, вот это жертвоприношение, которое принесли все главы колен.
[00:00:21] И дается описание, и ТОР бы сэкономила довольно много места.
[00:00:27] Зачем описывать их индивидуально, при том, что каждый из них повторяет предыдущее?
[00:00:34] Тем более вопрос еще больший, если мы знаем, что в Торе нет ни одного лишнего слова.
[00:00:40] И ответ на этот вопрос очень важен, потому что он также иллюстрирует причину, по которой мы сегодня молимся.
[00:00:52] Мы знаем, что наша Мариковая Синагога построена по примеру жертвоприношений в храме. И всё, что мы делаем в Синагоге, берётся именно оттуда. Именно поэтому у нас Синагога называется Микдаш Меат – «Маленький храм». И говорится, что с тех пор, как разрушен был храм, то божественное присутствие перенеслось в Синагоге по всему миру.
[00:01:17] Оно здесь более растворённое, оно здесь меньше, чем оно было в храме, но всё равно оно есть именно в синагогах. И вся служба в синагогах называется службой от слова «авода», что была служба в храме, поэтому отсюда и появляется русское слово «служба», и по-английски тоже «сервис». Что такое «сервис»?
[00:01:37] «Сервис» – это на современном английском «обслуживание». Это была служба в храме, которая проводилась – «авода».
[00:01:46] И люди приходят ко мне с претензией, почему я каждый день читаю одну и ту же молитву, и за дня в день одну и ту же молитву, одну и ту же молитву, одну и ту же молитву, каждый день.
[00:02:02] Это уже, может, надоест, люди говорят.
[00:02:05] Потом люди задают вопрос о том, почему все читают по одному и тому же молитвеннику.
[00:02:13] Где же возможность для проявления индивидуальности?
[00:02:18] Мы сегодня живем в мире, где индивидуализм – это очень важная вещь. Каждый должен ощущать себя уникальным, как мне всегда говорили родители, пожалуйста, помнишь, что ты уникален, так же, как и все.
[00:02:29] Поэтому люди хотят иметь своё проявление. Каждый хочет делать что-то, что уникально для него.
[00:02:37] Я читаю ту же самую молитву, что тот, кто справа меня читает, тот, кто слева меня читает. Вся синагога читает одну и ту же молитву. Все евреи во всём мире читают одну и ту же молитву. Где же проявление моей индивидуальности и уникальности?
[00:02:49] Я говорю про вообще все молитвы. Мы читаем все молитвы совершенно одинаковые. Утренняя молитва Шахарит читается каждым евреем совершенно одинаково. Ну, опять же, у нас у евреев совсем одинаково не может быть. Есть разные несухаоты, есть разные вариации молитв. Но все хасидские евреи, хабибовские хасиды читают совершенно одну и ту же молитву слово в слово. Эдот Сфарад, сефардские евреи читают одну и ту же молитву слово в слово и так далее.
[00:03:13] И у нас поэтому появляется такой вопрос.
[00:03:17] И краткий ответ на это заключается в том, что мы читаем один и тот же текст, но будет ли он одинаковым с тем, кто сидит справа от тебя, с тем, кто сидит слева от тебя, зависит только от тебя.
[00:03:34] Иными словами, мы, читая молитву, можем вкладывать в слова, которые мы читаем, совершенно разный смысл.
[00:03:44] В молитве очень много разных уровней.
[00:03:47] Поэтому люди приходят с претензией, почему молитва такая длинная?
[00:03:51] Можно было бы помолиться 5 минут и уйти, а тут приходишь в синагогу, почему-либо в субботу, нужно сидеть, а потом еще чтение Торы, а потом еще выступление Равина, что вообще ужасно. А потом снова молитва. И только потом мы доходим до кидыша, когда уже можно хоть немножко поговорить, покушать и даже попить.
[00:04:10] Молитва такая длинная, потому что мы в молитве охватываем целый диапазон самых различных идей, мыслей, желаний, просьб человека.
[00:04:20] И мы знаем, что в хасидской традиции стараются, когда есть время, есть возможность, молиться дольше, молиться часами.
[00:04:31] Аль Тереви писал, что в синагоге ведущий молитвы не должен молиться часами, как это делают люди, когда молятся индивидуально, потому что вообще не могут быть люди, которые не могут так долго высидеть, у которых нету невозможности, неиспособности так долго молиться, поэтому нужно читать все побыстрее. Но в хасидских общинах всегда испокон веков были люди, которые начинали молиться вместе со всеми. Потом все уже закончили молиться, все уже пошли пить и гулять, и болтать, а они все еще сидят и молятся.
[00:05:02] Почему? Потому что молитва у них занимает долгое время. Но даже если ты молишься вместе со всеми, вы не должны двигаться по молитвеннику вместе со всеми. Я специально оглашаю страницы и те части, которые мы читаем для всех, для того, чтобы те, кто вдруг отстали, могли бы к нам присоединиться в любое время. И это потому, что человек читает молитву, может застриться на какой-то конкретной части и думать о ней.
[00:05:27] И для него это будет основная часть молитвы.
[00:05:30] И потом, когда он её закончит, он продолжит вместе со всеми.
[00:05:35] Именно поэтому в хасидской традиции очень много внимания всегда уделялось на изучение пояснений к словам молитвы.
[00:05:44] У нас у каждого параграфа молитвы есть целый ряд уровней понимания.
[00:05:50] Какой из них сегодня будет ближе мне, какой из них сегодня будет тот, на котором я сосредоточусь, зависит от меня уже.
[00:05:58] Но важно, чтобы человек хоть чем-то прочувствовался в своей молитве.
[00:06:05] И даже, я вам расскажу еще одну историю. Был такой известный хасид у аль-Тареба, первого любовического ребя. Его звали Екусиэль Леплер.
[00:06:13] Он был из города Лепель в Белоруссии, поэтому его звали Леплер.
[00:06:18] Леплер – это тот же самый городок в Белоруссии, из которого мой дедушка.
[00:06:22] Их семья была изначально из Бешенковичей. Потом они приехали в Лепель. Лепель – это был больший город, чем Бешенковичи тогда.
[00:06:29] И Екусей Леплер как-то пришел к своему рэбе с вопросом. Он говорит, что у него большая проблема, что по хасидской традиции перед молитвой люди, как правило, садятся и тратят время на то, что они изучают слова молитвы.
[00:06:50] Они изучают пояснение к написанному в Сидуле.
[00:06:55] И при этом изучение хасидизма занимает долгое время.
[00:06:59] Люди изучают хасидизм час, иногда больше, перед началом молитвы. Поэтому в любовических общинах молитва в субботу начинается в 10 часов, не потому что все спят до 9.30, а потому что по хасидской традиции изучают хасидизм перед началом молитвы и только потом молятся.
[00:07:18] Якусилий Леплер делал именно это, и он изучал хазидизм перед началом молитвы, а потом молился. И что же он говорит Аль-Таребе? Что когда я изучаю хазидизм перед началом молитвы, я начинаю чувствовать все, что я изучаю, и я исполняюсь самыми возвышенными чувствами, и желаниями, и мыслями.
[00:07:42] И у меня появляется пылкая любовь к Богу.
[00:07:45] А потом я дохожу до молитвы, открываю сидур, и все эти эмоции испаряются.
[00:07:52] Что мне делать?
[00:07:54] У меня вот такая проблема. Это та проблема, с которой Юкуси Леплер пришел к Альтер-Эбби.
[00:07:59] Альтер-Эбби задумался и сказал ему в ответ. Альтер-Эбби всегда отвечал на вопросы людей определенной мелодией, которая была известна. Он всегда говорил нараспев.
[00:08:10] И Аль-Тареби отвечает на идише «Авоз арт дир аз удаванс тфар даванам» – «Почему тебя так беспокоит, что ты молишься перед молитвой?» Идея молитвы заключается в том, чтобы у тебя появились чувства по отношению ко Всевышнему, чтобы ты смог задуматься о словах молитвы и о том, как они относятся к тебе, к твоей жизни.
[00:08:35] Иногда это происходит, когда мы читаем Сидур, молитвенник, во время молитвы. Но если ты изучаешь пояснения к словам молитвы перед молитвой, у тебя могут появиться эмоции тогда.
[00:08:47] А потом, когда ты начинаешь молиться, эти эмоции уже почему-то испарятся. Мы знаем, что у эмоций есть свои собственные желания. Наши эмоции нашим желаниям не подчиняются, у них свои желания. Не приходят и уходят, ими тяжело регулировать.
[00:09:02] И слова молитвы нужно читать, все равно.
[00:09:06] Но иногда они возбуждают эмоции, иногда нет.
[00:09:10] Иногда они возбуждают эмоции перед тем, как ты начинаешь официально садиться молиться, они возбуждают эмоции, когда ты еще изучаешь пояснение к ним перед молитвой. Альтреви говорит, ну, в этом ничего плохого тоже нет.
[00:09:22] То естьными словами.
[00:09:24] Слова молитвы призваны возбуждать у нас определённые чувства и определённые понимания о том, что такое Бог, кто такой Бог, как мы к Нему относимся, кто Он для нас, что Он для нас делает, что Он для нас уже сделал, что Он для нас будет делать.
[00:09:39] Это великое дело.
[00:09:41] Над этим работать тяжело. Люди в современном западном мире привыкли думать, что эмоции принимаются за данное, И мы ведем всю нашу жизнь вокруг наших эмоций.
[00:09:55] Именно поэтому я знаю столько людей, которые хотят разводиться, почему-то хочут разводиться. Я разлюбил свою жену.
[00:10:02] Я разлюбил своего мужа. Я это столько раз видел. Столько раз об этом слышу.
[00:10:07] И, к сожалению, современная западная психология поддерживает такое мировоззрение. Ты приходишь к семейному психологу, к семейному консультанту и говоришь, я разлюбил свою жену, хочу разводиться. Он скажет, да, хорошая идея, давайте поговорим о том, как это мирно и правильно сделать.
[00:10:24] Еврейский подход совершенно другой.
[00:10:26] Иудаизм настаивает на том, что над любыми эмоциями нужно работать.
[00:10:32] И любовь – это тоже эмоция, над которой тоже нужно работать.
[00:10:36] и ты разлюбил свою жену, ты разлюбил своего мужа, окей, давай подумаем, а хочешь ли ты любить своего мужа? Хочешь ли ты любить свою жену? Если ты хочешь, на этим можно работать, если ты не хочешь их любить, это уже другое дело.
[00:10:50] Люди, которые идут на поводу у своих эмоций в поисках счастья, счастливыми никогда не будут, потому что, как мы сказали, у эмоций всегда есть свои эмоции, у эмоций всегда есть свои желания. Эмоции всегда будут бежать в хаотических направлениях, это как браунинское движение.
[00:11:08] Полный хаос, эмоции, сегодня я хочу одного, завтра хочу другого. Я вам уже, наверное, рассказывал про моего сына, когда он был совсем маленький. Я утром делаю моим детям завтрак, спрашиваю у моего сына Шламека, что ты хочешь? Он говорит, я хочу кашу. Я говорю, ну хорошо, я ему завариваю кашу. Заварить кашу занимает там 5 минут. Я ему подаю тарелку каши. Он говорит, я ее не хочу. Я говорю, ты же не 5 минут назад сказал, что ты ее хочешь. Он говорит, ну так это было 5 минут назад.
[00:11:32] 5 минут назад я ее хотел. Видно, он прав. То, что я хотел 5 минут назад, я не хочу сейчас. А то, что я буду хотеть через 5 минут, я не буду хотеть через 10.
[00:11:41] И в мире мы должны руководить нашими эмоциями, хоть это бывает тяжело.
[00:11:47] Молитва – это именно приспособление для этого.
[00:11:52] Молитва нам дана как инструмент для руководства над нашими эмоциями через те тексты, которые мы читаем, и через те пояснения к этим текстам, которые мы изучаем.
[00:12:04] Я в самом начале пытался говорить разные пояснения к текстам, но потом люди мне стали говорить, что они хотят фокусироваться на том, что они читают, вместо того, чтобы слушать меня.
[00:12:13] Я понимаю, я и так слишком много разговариваю. Так что я стал давать меньше комментариев. Но идея в том, что мы должны стремиться понимать более и более глубокие уровни того, что мы читаем.
[00:12:27] Тот отрывок, на который я буду сегодня обращать внимание, будет совсем другим, чем тот, на который мой сосед сегодня обращает внимание.
[00:12:34] Тот смысл, который я вкладываю сегодня, будет отличаться от того смысла, который я вкладываю вчера, потому что я либо подумал о чем-то новом, либо изучил что-то новое, либо услышал что-то новое.
[00:12:45] И молитва поэтому, по-минимуму, каждый должен читать свою молитву, каждый должен прочитать эти слова. Ты хочешь прийти в ченнелинг просто их пробубнить, ты выполнишь митцу, пробубнишь слова, которые полагаются.
[00:12:57] Дай Бог, чтобы люди выполняли хотя бы этот минимум.
[00:13:01] Но по-настоящему молиться нужно вдумываться в эти слова для того, чтобы они пробуждали твои эмоции.
[00:13:09] Так возвращаясь к вопросу, с которого мы начали про 12 глав колен, которые приносили свои жертвоприношения, вроде бы каждый из них принес одно и то же жертвоприношение.
[00:13:20] И вроде бы они делали совершенно одинаковые шаги, одинаковые ингредиенты в этих жертвоприношениях. Они всё делали совершенно идентично.
[00:13:31] Почему же Бог просто не напишет, что каждый из них принёс следующее жертвоприношение, и их было 12?
[00:13:38] Потому что Бог хочет подчеркнуть, что каждый из них делал то же самое, физические поступки были одни и те же, каждый из них в это вкладывал совершенно иной смысл. Для каждого из них эти жертвоприношения были чем-то иным.
[00:13:57] И, кстати говоря, в христизме объясняется, что каждое из жертвоприношений было принесено каким-то коленом. И это колено имеет свою цель, свою миссию.
[00:14:06] И у каждого колена своя история. И имя колена так желтворяет и историю, и миссию этого колена. И поэтому жертвоприношение каждого колена было на самом деле другим, хоть они физически делали одно и то же.
[00:14:17] Люди, которые приходили в храм приносить жертвоприношение, Можем спросить то же самое. Хатат – это жертвоприношение, которое приносится, когда человек совершил определенные грехи. Каждый человек, который совершил такой грех, приносит жертвоприношение. Может быть, целая очередь этих людей, сегодня сто человек, которые приносят жертвоприношение хатат. То есть минимум я должен прийти, зарезать животное, как это полагается, сказать слова, которые полагаются, и уйти домой. Я могу это делать.
[00:14:47] Насколько тогда это жертвоприношение поможет мне духовно, я надеюсь, что поможет.
[00:14:53] Но вся идея жертвоприношения для того, чтобы человек вкладывал в него определенные эмоции, определенные мысли, определенные чувства.
[00:15:01] И поэтому были сто человек, которые сегодня принесли жертвоприношение хатат, и у каждого из них Было на уме что-то иное, потому что грех был другой.
[00:15:11] Причина, по которой каждый из них совершил этот грех, была тоже совершенно иная. И каждый из них принося это жертвоприношение на самом деле принес совершенно другое жертвоприношение, хоть оно официально было таким же. То же самое жертвоприношение туда, жертвоприношение, которое приносили, когда хотели поблагодарить Бога за что-то. То же самое.
[00:15:30] приносили одно и то же отношение.
[00:15:33] Физически это было что-то совершенно идентичное предыдущему человеку, но ты в него вкладывал совершенно другую мысль, совершенно другую идею.
[00:15:41] Я вам приведу еще один пример.
[00:15:43] Мы знаем, что когда Рэбби сообщали о каком-то праздничном событии, обрезании, рождении ребенка, бармитстве, батмитстве, свадьбе, Рэбби послал свои поздравления.
[00:15:57] И слова этих поздравлений для каждого этого события были стандартным шаблоном. То есть на бармитву Реви присылал одно и то же поздравление каждому.
[00:16:09] На свадьбу Реви присылал одно и то же поздравление каждому.
[00:16:14] На обрезание Реви присылал одно и то же поздравление каждому.
[00:16:18] Это было стандартно то, что люди получали. Поэтому даже сегодня, когда вы на бармитстве или на свадьбе, которую проводят в любовических общинах, то вы будете слышать, как зачитывается письмо Рэбби, которое Рэбби всегда посылал на свадьбу.
[00:16:31] Рассказывает один человек, который пришел к Рэбби, и он уезжал, и его племянник, он, если я не ошибаюсь, был из Европы.
[00:16:42] Его племянник, который там жил рядом с ним, должен был скоро праздновать свою Бармицу. Он летел на Бармицу своего племянника, и он сказал секретарю Рэбби, что ему нужно зайти к Рэбби. У него была встреча с Рэбби уже запланирована.
[00:16:57] И он сказал, что он также хочет получить благословение от Рэбби для своего племянника. Секретарь сказал, да, конечно.
[00:17:03] Он приходит к Рэбби, человек приходит к Рэбби.
[00:17:06] и говорит, что кроме своих вещей, которые он обсудил, он сказал, что еще у моего племянника будет день рождения. Рэбби сказал, я хочу написать ему поздравление.
[00:17:15] И Рэбби берет ручку и бумагу, и Рэбби начинает писать.
[00:17:19] И Рэбби пишет поздравление.
[00:17:21] Он не видит, что Рэбби пишет, но он видит, что Рэбби что-то пишет.
[00:17:25] Потом Рэбби перечеркивает это, переписывает заново.
[00:17:29] Рэбби задумывается, пишет заново что-то, переписывает, и в конце концов переписывает все это на чистовик и дает ему. И что он видит?
[00:17:37] Он видит стандартное поздравление, которое было дано каждому мальчику.
[00:17:44] То есть слова поздравления были одними и теми же, которые Рэбби послал каждому. Но мысли, которые Рэбби вкладывал, в каждое положение были совершенно другие. Поэтому Рэбби думал, переписывал, зачеркивал и писал заново.
[00:17:56] Слова, стандарты, которые мы читаем, могут быть одним и тем же, но мысли, которые мы в них вкладываем, совершенно другие. Всякий раз, когда вы что-то для меня делаете, всякий раз, когда вы мне что-то даёте, я говорю «спасибо», правильно? Я говорю «спасибо». А если я забываю сказать «спасибо», я потом говорю «извините», правильно?
[00:18:11] Но каждый раз, когда я говорю «спасибо», я в это «спасибо» вкладываю другой смысл.
[00:18:16] Каждый раз, когда я говорю «извините», если я забуду сказать «спасибо», то я вкладываю в это слово «извините» что-то своё.
[00:18:22] Теперь вы скажете, секундочку, это одно и то же слово? Ты повторяешь 20 раз в день одно и то же слово, спасибо.
[00:18:28] Почему же я повторяю одно и то же спасибо 20 раз в день? Почему же я говорю, извините, одно и то же слово столько раз в сутки? Потому что слово одно и то же, но смысл, который я в это вкладываю, совершенно другой. В этом вся идея коммуникации.
[00:18:42] Я могу говорить одни и те же слова, но смысл, который я в них вкладываю, совершенно иной.
[00:18:48] в музыке всего семь нот.
[00:18:50] Семь нот и всё. Ну, если я буду очень хорошим музыкантом, может, я восьмую придумаю. Ну, давайте вот я подумаю, может, я восьмую придумаю. Но вот почему-то даже Бетховен и Шопен и Бах ещё не придумали восьмую ноту.
[00:19:03] Люди играют одни и те же семь нот, но сочетание этих семь нот и мысли, и чувства, которые вкладываются в эти семь нот, будут совершенно отличаться. Если человек понимает музыку, он будет ощущать, он будет чувствовать это. То же самое с нашей молитвой. И Бог специально поэтому перечисляет двенадцать колен, двенадцать жертвоприношений. Каждое из них было принесено от одного колена.
[00:19:27] И Бог описывает их в деталях, одно за другим.
[00:19:31] Почему? Потому что Бог хочет представить, что каждое из них для него было чем-то иным.
[00:19:38] Это то же самое можете себе представить. Что я, например, в школе преподаватель, и в конце года ученики говорят мне спасибо.
[00:19:47] И ко мне подходят 10 учеников, и каждый день говорят спасибо.
[00:19:52] Я могу сказать, придя домой, знаете что? 10 учеников сказали мне спасибо. Это было здорово.
[00:19:56] А могу сказать?
[00:19:58] Мой еще мне сказал спасибо.
[00:20:00] И я подумал, знаешь что, вот я знаю, за что он мне сказал спасибо, потому что я знаю, что он ценил в моем классе.
[00:20:05] И Янкол мне сказал спасибо.
[00:20:08] Да, правильно. И потом Ицек мне сказал спасибо. И так далее. Я буду думать, за что каждый из них сказал мне спасибо. Я буду понимать, что он мне... Хотя слова, которые они сказали, были одними и теми же.
[00:20:19] Я вам приведу такой пример из печальных, к сожалению, событий.
[00:20:24] Мне, кроме бармиц и свадеб и обрезаний, приходится проводить похороны тоже иногда.
[00:20:29] И я это постоянно вижу.
[00:20:33] Я всегда на программах спрашиваю, хочет ли кто-нибудь из семьи выступить.
[00:20:39] Я понимаю, что для семьи выступать в этот момент может быть очень тяжело, для родственников. Поэтому я никогда никого не толкаю это делать, если человек не хочет. Я никогда не хочу, чтобы люди через силу это делали.
[00:20:51] Но когда люди из семьи, родственники выступают, почему это ценно? Я вам скажу, почему это ценно.
[00:20:58] Мне рассказывают историю. Мне говорят, что вы знаете, что была такая история, которая произошла с моей мамой, и они мне рассказывают, что произошло с их мамой.
[00:21:08] И я могу пересказать эту историю, что я обычно и делаю.
[00:21:12] Я пересказываю ту историю, которую мне сказали. Знаете что?
[00:21:15] Я довольно хорошо рассказываю истории.
[00:21:18] Я знаю, что когда я рассказываю истории, я могу это рассказать так, чтобы людям было интересно, я могу передать эмоции, которые были с этим, и все такое.
[00:21:25] Но при всем при этом, я это вижу каждый раз. Если кто-то из семьи выйдет и расскажет ту же самую историю, которую я рассказал.
[00:21:37] родственники, все, кто знали эту семью, все, кто знали того, кто скончался, начинают плакать в этот момент. Секундочку. Я рассказал ту же историю только пять минут назад, никто не плакал. Почему? Потому что все понимают, что когда дочка рассказывает эту историю про маму, она в это вкладывает совершенно другое, чем когда я, посторонний человек, об этом рассказывал.
[00:21:58] Поэтому слова могут быть одними и теми же, но то, что ощущается, это совершенно другое.
[00:22:04] Поэтому дело не в словах, дело в том, какая сила, какая эмоция, какая душа вкладывается в то, что я говорю.
[00:22:12] Кстати говоря, это относится даже, если мы уже говорим про Бога, это может относиться к самым большим мелочам.
[00:22:18] Я могу упомянуть, что женщина, которая мыла, она пекла такие пельмени. Я это упомяну, и люди послушают, скажут, да, она пекла хорошие пельмени. А когда ее дочка или ее внучка будет говорить, что она помнила тебе пельмени, все начинают плакать. Почему? Потому что они знают, что она знает эти пельмени. Она кушала эти пельмени.
[00:22:36] Я их не кушал.
[00:22:38] Она их кушала. Она хорошо знает, что это были за пельмени.
[00:22:43] Поэтому люди могут говорить одни и те же слова, но то, что они вкладывают, может быть совершенно другое.
[00:22:49] И молитва именно этими должна быть, и жертвоприношение именно это представляли, поэтому Бог их перечисляет каждый раз, не жалея чернил и не жалея пергамента для того, чтобы каждый из них было помянуто отдельно.
